Бакланов Григорий Яковлевич

Писатель Бакланов Григорий

Бакланов Григорий Яковлевич

Бакланов Григорий Яковлевич 11.09.1923-23.12.2009

Академик Российской Академии Искусств. Писатель.

В 1951 году окончил Литературный институт им. A.M. Горького. Лауреат Государственных премий СССР и России, член Союза писателей СССР, член Совета по культуре и искусству при Президенте РФ (1996-2001), с 1986 по 1991 год возглавлял журнал «Знамя».

Однажды Григорий Бакланов так сказал о себе: «Наверное, я все же под счастливой звездой родился. И светит она мне до сих пор». На первый взгляд, удивительное при

знание от человека, которому ничего не давалось в жизни даром, напротив, зачастую приходилось действовать вопреки обстоятельствам и судьбе.

Во взрослую жизнь он вступил в шинели артиллериста. Это было поколение советских мальчиков начала 20-х годов прошлого столетия, которые практически со школьной скамьи ушли на фронт и откуда большинство из них не вернулись. Но Григорий Бакланов сумел выжить всем смертям назло. Он рано познал и героические, и прямо противоположные свойства человеческой натуры — подлость, несправедливость, трусость. Но это не сделало его циником. Он почувствовал желание говорить вслух правду о тех мальчиках-лейтенантах, которые вынесли на себе тяжесть Великой Отечественной войны, но впоследствии были преданы и оболганы официальной пропагандой, воспевавшей «подвиги» орденоносных генералов.

После демобилизации Григорий Бакланов поступает в Литературный институт. «Что-то с собой надо было делать в неприв ычной мирной жизни, — вспоми нает он об осе ни 1945 года. — Я уже начал писать понемногу, скрывая это, как что-то стыдное. Честолюбивые мечты меня не одолевали, но по ночам, заслонив изнутри окно ставней, я сидел и писал, зачем-то мне это было нужно». Спустя годы начал нащупываться ответ — зачем. Книги приходят сами, приходят не случайно. Вначале была жизнь, мир видишь через нее, через эту будущую свою книгу, — размышляет уже взрослый и состоявшийся Григорий Бакланов. Только то и интересно, что с ней связано. Многое открывается тебе в людях, в самом течении жизни, поражаешься другой раз: ты там был, ты это видел, как же ты смысла происходящего не понимал? И подопрет так, что уже не писать не можешь. А пока пишешь, живешь в той жизни, что была, и в той, что в сознании твоем возникла. Она не менее реальна, так же зрима. А когда книга закончена, уже не отличишь и не вспомнишь, что было на самом деле, а что и как преобразилось.

Для писателя Григория Бакланова важным стало не то, сколько человек прочтут его романы и повести, а сколько будут их перечитывать. Обращение к произведению во второй, в третий раз — вот что для него было главным мерилом истины. Иная мысль, говорил он, которая более всего дорога была художнику в его время, может показаться в другое время далеко не такой уж значительной, а обожжет глубиной и злободневностью совсем иное, что как бы находилось в тени. Но книга от этого ничего не теряет, как ничего не теряет жизнь, оттого что меняются наши представления о ней. Жизнь — на все времена, и каждому открывать в ней свое. В этом отношении подлинное искусство подобно жизни

Перестройка дала Григорию Бакланову возможность открыть для миллионов читателей книги, которые хочется перечитывать. В 1986 году он становится главным редактором журнала «Знамя», из тыла — снова на передовую. Сегодня уже не все помнят, что это было за время, когда каждый выход из запасников романов и повестей, запрещенных партийной цензурой, сопровождался ожесточенными боями с длительной артподготовкой. Начало положила публикация в десятом и одиннадцатом номерах журнала в 1986 году романа Александра Бека «Новое назначение». А за ним последовало «Собачье сердце» Михаила Булгакова, «Верный Руслан» Георгия Вла-димова, «Черные камни» Анатолия Жигулина, «Ночевала тучка золотая…» Анатолия Приставкина.

Писатель Бакланов Григорий

Бакланов Григорий Яковлевич

«Когда я работал в «Знамени», я с семи утра до одиннадцати сидел и писал, — вспоминал о той поре Григорий Бакланов, — Потом ехал на работу в редакцию, возвращался с дурной головой. Читать массу рукописей, очень часто непрофессиональных, — значит постепенно себя отравлять! Но семь перестроечных лет работы в «Знамени» я не считаю потерянными. Это было делом моей жизни. Я не соглашался идти редактором журнала, мне уже было 62 года, меня вполне устраивало то, что я сутра писал до половины дня, потом читал, думал, встречался с людьми… Но надо было — и я пошел. Думаю, что кое-что удалось сделать».

Кое-что — это, конечно, скромно сказано. В 1987 году редакция дала издательству «Правда» многомиллионную прибыль. Через три года тираж «Знамени» поднялся до миллиона экземпляров, для толстого литературного журнала вещь немыслимая. Дополнительным бонусом для читателей стала библиотека. В основном военная проза, десять книг в год, тираж которых доходил до полумиллиона. И здесь Григорий Бакланов отметился, издав «В окопах Сталинграда» Виктора Некрасова, впервые после изгнания автора из страны.

В напутствие XXI веку Григорий Бакланов оставил теплое пожелание. «Мне хочется, чтобы молодые люди — а среди них мои два внука и внучка — вошли бы в век, где будут цениться и человечность. и доброта, и мудрость. Чтобы им не выпала такая жизнь, какую прожил я, — говорил писатель. — Хотя я один из немногих, кому дарована была вторая жизнь, даровано было вырастить детей, радоваться внукам. Я могу себя считать счастливым по сравнению с теми, кому, как моим братьям, досталось всего 19-20 лет побыть на белом свете. Но жил я в жестокий век, и хочется, чтобы молодым выпал век все-таки помилосердней». И вряд ли будет преувеличением сказать, что сам Григорий Бакланов немало постарался для того, чтобы мир стал хоть чуточку добрее.

ВСЕ Новые все

 

Календарь

Июнь 2017
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Май    
 1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930